Главная :: Архив статей :: Гостевая :: Ссылки

Наши друзья

Архивное дело: частный архив, поиск документов в архивах стран СНГ и Европы, генеалогия, составление родословных, архивные справки

Помощь сайту

WEB-Money:
R935344738975

Наша кнопка

XArhive - архив научно-популярных и просто интересных статей

Партнеры

где купить зарядное устройство для ноутбука самсунг

Архив статей > Биология > Птичьи квартиры

Скачать (200 Кб)

Птичьи квартиры

Доктор биологических наук Б. Сергеев
Химия и Жизнь №5, 1983 г., с. 46-51

Попробуйте скопировать гнездо. Очень скоро вы убедитесь, что задача прямо-таки невыполнима. Птицы - строители высочайшей квалификации, хотя и среди них есть такие, кто и шалаша поставить не сумеет.

Пристанище мелких куличков - ямки на песчаном или галечном пляже. Никаких строительных работ у них не предусмотрено. Зачем крохотному куличку дом, если его только что выклюнувшиеся из яйца птенцы могут прятаться от врагов и разыскивать корм? Но это еще что - беспомощные птенцы козодоя обходятся даже без ямки. Мама-козодой откладывает яички прямо на лесную подстилку, не потрудившись расчистить местечко от сухих сосновых иголок, веточек и другого мусора. Зато так легче затаиться.

ГНЕЗДА-КАРЛИКИ И ГНЕЗДА-ГИГАНТЫ

Приз за самую хрупкую постройку, наверное, можно вручить стрижам. Хохлатые стрижи клехо, обитающие в Южной Азии и на Больших Зондских островах, из перышек и кусочков коры, склеенных слюной, изготовляют крохотный карманчик на одно яичко, прикрепив его к тоненькой горизонтальной ветке. Конечно, в такую люльку родители забраться не могут. Они сидят рядом на ветке, прикрывая гнездышко и находящееся в нем яичко своим телом. Птенчику люлька тоже не кажется надежным убежищем. Немного окрепнув, он перебирается на ветку и коротает дни, тесно к ней прижавшись.

А пальмовый стриж из перышек и растительного пуха ткет для своих детей всего лишь пеленочку, которую и приклеивает слюной к нижней поверхности листьев кокосовой пальмы. Яичко родители тоже приклеивают к пеленочке. Когда наступает срок, птенец разламывает скорлупу в верхней части яичка и, немного передохнув, вылезает из яйца и мертвой хваткой вцепляется в пеленку. Так и висит, пока не подрастет.

Для нашего севера такие легкомысленные постройки не годятся. Например, зяблик, чьи незамысловатые песни звучат весной даже в городских парках, вьет надежное теплое гнездо с толстыми стенами, выстланное изнутри растительным пухом или шерстью. Чтобы сооружение было прочным, птички скрепляют строительный материал паутиной. А потом маскируют свой дом, облицовывая наружный фасад лишайниками, тоненькими пленками бересты или кусочками коры того дерева, на котором поселяются. Всем вроде бы хорош дом зябликов. Ан нет - отсутствует крыша. И во время дождя ее функцию приходится выполнять маме, прикрывая птенцов своим телом.

В степях и пустынях дождя почти не бывает. Там своя проблема - солнце. Здесь нужен зонтик для тени. Куликам изготовить его не под силу. Вот и приходится пернатым папам в самую жару стоять на одной ноге над яичками или ямкой, куда забились крохотные птенчики.

Зато у синички-ремеза, живущей на юге нашей страны, дом - строительный шедевр. Внешне это гигантская груша со свисающим в сторону хоботом - рукавом, через который птички попадают в дом. Гнездо теплое, прочное. Стены сотканы из растительных волокон и пуха. Чаще всего дом висит над водой на конце поникшей древесной ветки или на стеблях тростника. Как и у зяблика, наружные стены замаскированы сережками ивы, почечными чешуйками, берестой...

Пока шла речь о небольших птичьих строениях. А вот в орлиный дом, возведенный на вершине высоченного дерева, может забраться человек. Гнездо вы держит. Ежегодно ремонтируемый дом может простоять столетия, давая приют многим поколениям птиц. Дом белоголового орлана в штате Огайо (США) имел высоту 3,5 м, а диаметр 2,5 м. Гнездо весило около двух тонн. Еще более крупное гнездо нашли во Флориде. Его поперечник - 3, а высота - 6 метров.

Молотоглавы - родственники цапель и аистов, живущие в болотах и манграх Экваториальной Африки, сооружают такие крепости, которым и орлы позавидуют. Гнездо они строят на крепком дереве или в расщелине скал. Строительный материал - толстые сучья. Гнездо молотоглавов - это шар диаметром метра в два с входным отверстием сбоку. Гнездо столь прочно, что охотников его разобрать находилось немного. И о внутреннем его устройстве точных сведений нет. Одни пишут, что внутри только длинный коридор и тесная камера в центре, другие - что там три зала и дети не мешают родителям отдыхать. Частенько молотоглавы на одном дереве сооружают сразу два, а то и три гнезда. Видимо, строительные работы - их хобби, ибо лишними домами хозяева не пользуются. Впрочем, и некоторые другие птицы падки на такие излишества. Например, крапивник, одна из самых маленьких наших птиц, поджидая прилета самки, строит 5-8 гнезд. Боясь не угадать вкуса пернатых дам, он старается на все лады, чтобы угодить будущей супруге. У крапивников нерадивый строитель не может, рассчитывать на взаимность.

Огромные гнезда порой сооружают мелкие пичуги. Например, пятиметровое гнездо общественного ткачика строят 200-300 маленьких птах. А вообще рекорд гнездового гигантизма принадлежит австралийским сорным курам, тоже отнюдь не крупным птицам. Правда, их сооружения скорее не гнезда, а инкубаторы. Самое большое их сооружение, состоящее из песка, перегноя и растительных остатков, возвышалось на шесть, а простиралось на 15 метров. Его примерный вес - 200 тонн!

ДЕРЕВЯННЫЕ ДОМА

Большинство птиц снимают готовые деревянные квартиры - плотничают главным образом дятлы. Выдалбливание дупла - работа тяжелая, и пернатые плотники выбирают стволы с мягкой древесиной, вроде осины, или больные и засохшие деревья, загнившие изнутри. Лесники в пригородных лесах такие деревья вырубают. Но большого черного дятла - желну это не смущает. Он готов потрудиться и над стволом живой сосны, зато в таком доме гнездится несколько лет подряд.

Клюв дятлов - превосходный столярный инструмент. Например, белоклювый дятел, живущий на юго-востоке Северной Америки, выдалбливает дупло непременно в живом дереве и чаще всего выбирает дуб. Входное отверстие дупла бело-клюв старается сделать под толстым суком, который становится как бы крышей над крыльцом.

В другом краю земли, в Индокитае, трудится карликовый дятелок - птичка чуть крупнее воробья. Гнездится он в твердых сухих стволах бамбука, которые и топору поддаются с трудом. Дятелок точно знает, где нужно долбить: дверь в его дом всегда располагается на 10-20 сантиметров выше междоузлия. Если долбить ниже, дупло получится мелким и будет легко доступно для хищников, а если сделать вход повыше, квартирой станет неудобно пользоваться.

Из наших птиц, не состоящих в родстве с дятлами, сами выдалбливают, а вернее, выщипывают гнездо крохотные синички-гаички. Поселяются они в трухлявых березах, ольхе или осине. Закончив работу над дуплом, синички вьют внутри гнездо. В отличие от дятлов, чьи дети воспитываются на подстилке из "опилок и стружек", оставшихся после строительства на дне дупла, все птицы, занимающие готовые дупла, вьют, как и гаички, внутри гнездо.

Рыжий дятел из Индокитая гнездится в жилищах древесных муравьев, которые лепят свой дом в кронах деревьев из очень плотного картона, похожего на материал осиных гнезд. Проделав отверстие в стенке муравейника, дятел устраивается с комфортом. Здесь у него и крыша над головой, и отличная охрана злющих насекомых, почему-то не трогающих ни его, ни детей, и, наконец, даровой стол - муравьи и их нежные куколки.

Деревянные дома по своему устройству схожи с норами. Недаром южноамериканский пампасный дятел, который умеет долбить дупла, предпочитает вырыть нору, если поблизости имеются крутые горы или береговые обрывы.

Несмотря на скромный рост землекопов, норы бывают весьма внушительными. Длиннющие двухметровые норы - у золотистой и зеленой щурок, гнездящихся на юге нашей родины. Трудясь в поте лица, птички выбрасывают 12-15 кг грунта.

Особенно тяжело приходится зеленой щурке, которая иногда роет норы на морских пляжах. Эта птичка, видимо, прилежно брала уроки у кротов и землероек. На кавказском берегу Каспийского моря земляные валики предохраняют птичье жилище от затекания воды. Чтобы к птенцам не забрался какой-нибудь хищник, родители, покидая гнездо, забивают отверстие земляной пробкой.

ПТИЧИЙ БЕТОН

Возня с песком и глиной не могла не натолкнуть птиц на возведение из этого материала надземных хором. Так, дрозды, соорудив из прутиков, травинок, сухих листьев и мха вместительные корзинки, цементируют их глиной. Ласточки лепят свои дома целиком из земли, собирая ее возле луж. Для прочности в постройку добавляют арматуру из сухих травинок, соломинок, конского волоса. В строительный раствор крылатые труженики вводят и собственную слюну, отчего птичий бетон приобретает немалую прочность.

Особенно прочны саманные дома аргентинского рыжего печника, ростом и формой тела напоминающего нашего дрозда. Дынеобразное сооружение печники строят из смеси глины с коровьим навозом. Обсохнув под лучами тропического солнца, стенки жилища приобретают такую прочность, что разбить их можно разве что молотком. Печник дважды в одном гнезде птенцов не выводит. В дальнейшем в его дом вселяются менее умелые пернатые строители.

От саманных домов недалеко и до каменных хором. Такие гнезда возводят пингвины на антарктических островах, где нет иного строительного материала. На острове Ватерлоо обитают пингвины трех видов. Так называемые антарктические пингвины и пингвины Адели не без ленцы. Свои конусообразные дома из мелкой гальки они строят недалеко от пляжей и стараются использовать материал от прошлогодних гнезд. Пингвины Папуа гнездятся в глубине острова. Караваны носильщиков, вся мужская часть колонии с камушками в клювах с трудом карабкается по крутым склонам. Розовые от проглоченного криля, усеянные пометом птичьи дороги далеко видны на снегах острова. На вершине сопок строительный материал ценится на вес золота. Из-за каждого случайно выроненного камушка возникают шумные скандалы. Пингвины, живущие на более теплых островах, куда европейцы в свое время завезли кроликов, вместо камня используют их кости, а пингвины Адели на берегах Антарктиды в качестве строительного материала употребляют собственный помет.

Природный камень в ходу у птиц и как отделочный материал. Рогатый жаворонок, живущий на Памире, на пологих склонах гор, роет ямку, а холмик свежевскопанного грунта маскирует мелкими камешками или кусочками почвенной корки, плотно подгоняя их друг к другу.

Но это еще что - стрижи охотно льют прямо-таки пластмассовые гнезда! В ротовую полость этих птиц открываются протоки слюнных желез. Застывая на воздухе, слюна становится твердой. Частенько стрижи пользуются ею как клеем. Кайенские стрижи склеивают из растительного пуха длинную, около полуметра, трубку и подвешивают ее к скалам, толстым ветвям деревьев, к карнизам домов. Вход в апартаменты снизу. У многих стрижей гнездо состоит главным образом из слюны, а пух, волоски и травинки являются лишь наполнителями. Наконец, стрижи двух видов льют гнезда из чистой слюны. Это и есть так называемые ласточкины гнезда - знаменитый деликатес гурманов Востока. Пернатые строители, не имеющие возможности самостоятельно синтезировать клей, пользуются клейкими почечными чешуйками, смолой и особенно часто - паутиной. У тропических пауков она достаточно прочная.

ПТИЧЬИ ОБЩЕЖИТИЯ

Большинство птиц не только строят дома, но и считают собственностью некую территорию, которую защищают от вторжения собратьев. Самый ярый собственник, пожалуй, крохотный крапивник - площадь его поместья достигает семи гектаров. Куда скромнее земельные наделы птиц, живущих колониями, порой лишь 1-2 м2.

Птичьи базары - совсем не общежития, как могло бы показаться на первый взгляд. Это колоссальные села, где каждая семья имеет свой дом (гнездо или ямку) и крохотный приусадебный участок. Жители птичьего поселка не очень-то дружат. Правда, если всем грозит опасность, они объединяются, чтобы дать отпор. Зато в мирное время с пристрастием следят, чтобы сосед не переступил границы и даже на полшага не вторгся на чужой участок.

Более общительны грачи. Они отказались от владения территорией, хотя строят деревни и даже крупные поселки. В деревеньках, построенных на рядом стоящих деревьях, несколько десятков гнезд. Южноафриканские красноклювые квелии - ближайшие родственники воробьев - тоже птицы весьма и весьма общественные. Они вместе кормятся, вместе летают на водопой, строят рядом свои дома. Для города-гнездовья квелии выбирают дерево покрепче. Ибо две тысячи гнезд в одной кроне - обычное явление. В отличие от чаек квелии дружелюбны, драки у них - явление чрезвычайное.

Общественные ткачики, о которых мельком уже шла речь, живут в огромных многоквартирных домах. На большой колючей акации они строят общее жилье и накрывают его крышей из длинных травинок. В доме у каждой семьи отдельная однокомнатная квартира, занимаемая по нескольку лет. Многочисленные двери находятся внизу. Птицы все время ремонтируют свое кооперативное жилище, надстраивают его. (Иногда, не выдержав тяжести, дерево падает, губя птенцов.) В доме частенько имеются свободные квартиры. Их занимают попугайчики и другие мелкие птахи. Ткачики миролюбивы, между собою не ссорятся, да и квартирантов не обижают.

А вот императорские пингвины гнезд не строят вовсе. Домом для будущих детей служат отцы. Единственное яйцо они держат на лапах, прикрывая его сверху брюшной складкой. Пока в Антарктиде, с точки зрения пингвинов, стоит удовлетворительная погода, будущие папаши не проявляют ни малейшего интереса к своим соседям. Но стоит задуть ветру, они сбиваются в тесную толпу по 300-600 штук, так называемую черепаху. В такой тесной компании, согревая друг друга своими телами, они экономят топливо. В сильные морозы одинокие пингвины теряют в весе до 200 г в сутки. "Черепаха" позволяет наполовину сократить расход жировых запасов. Дом из живых тел, несомненно, удобен, так как каждый строительный блок служит еще и отопительным элементом.

Ну а теперь несколько слов про настоящие птичьи общежития. Южноамериканские кукушки, получившие название личинкоедов ани за свой крик "ани-ани-ани", строят сообща большое однокомнатное общежитие. Затем самки откладывают туда яйца. Их может быть много - 15-20, иногда 50. Это лукошко с яйцами насиживают сразу несколько птиц. Время от времени они меняются. Птенцов тоже выкармливают всем миром, причем отцы трудятся наравне с матерями.

ПРОБЛЕМЫ ПЕРНАТЫХ СТРОИТЕЛЕЙ

Птицы овладели многими строительными, профессиями. Нет среди них только сантехников, а между тем туалеты в птичьих домах не были бы лишними. Так, ослиные пингвины, выводящие птенцов на дождливых Фолклендских островах, вынуждены каждый год подыскивать для коллективного гнездовья новую площадку, потому что за лето занятый участок превращается в болото из жидкого помета.

А вообще-то антисанитарные условия могут пагубно сказаться на маленьких птенчиках. Чтобы уберечь малышей от заболеваний, многие птицы уносят из гнезда детский помет в своих клювах. Иначе обстоит дело с детьми птиц-носорогов. Отложив в дупло яйцо, самка изнутри замуровывает вход глиной, которую приносит ей самец. В заточении меть с птенцами пребывает 3-4 месяца. Все это время заботливый супруг кормит плодами тропического леса жену и малышей через небольшое отверстие, оставшееся в "пробке". Эта птичья квартира вскоре превратилась бы в выгребную яму, не будь в джунглях добровольцев-ассенизаторов. В жилищах носорогов без всяких хлопот получают прописку черви, клещи, жуки и их личинки, с удовольствием поедающие даровое угощение. Ассенизаторы размножаются невиданными темпами, обеспечивая гостеприимным хозяевам сносные гигиенические условия. Недаром носороги много лет подряд пользуются одним дуплом, зная, что там их квалифицированно обслужат.

И все-таки у пернатых строителей много проблем. Иногда работу срывает ненастье, бывают перебои с доставкой строительных материалов, порой тяжело получить под застройку подходящий участок. Особенно трудно с участками в Арктике. Все мало-мальски подходящие места нарасхват. На птичьих базарах занят каждый уступчик, любой узенький карниз. Здесь на севере рост численности птиц порой сдерживают не суровый климат, не недостаток кормов, а отсутствие подходящих мест для гнезда. Не поэтому ли белые полярные чайки приспособились гнездиться на дрейфующих льдах? Но для возведения стен им тоже нужен фундамент, хотя бы вмерзший в лед камень или щепка.

Весной на берег Гудзонова залива первыми прилетают около 100 тысяч голубых гусей. Они занимают под гнезда все освободившиеся от снега участки. Для птиц, прилетающих позже, места не остается. Поневоле бездомные канадские казарки, гаги и даже белые куропатки начинают откладывать яйца в гнезда голубых гусей. Но, увы, только птенцы казарок имеют шанс прижиться в чужой семье.

А вот еще факт, на этот раз иного рода. В Советскую Арктику вслед за человеком последовали воробьи, ласточки, каменки, варакушки, дрозды, чечетки. На юге каменки гнездятся только на земле. Тундра для возведения их построек не годится - сыровато. Каменкам пришлось отказаться от своих привычек и селиться на человеческих сооружениях.

А варакушки, чечетки, дрозды в средней полосе строят гнезда в кустах или даже на деревьях. На Крайнем Севере им приходится использовать все, что хоть сколько-нибудь напоминает кустарники и деревья. Гнезда чечеток находили в бро-шеных мотках спутавшейся проволоки. Дрозды умудрялись строить гнезда в грудах пустых ящиков, на ступеньке прислоненной к стене стремянки, в рассыпавшихся поленницах дров. Но, пожалуй, удивительнее всего ведут себя варакушки. Они выводили птенцов в кучах стружек и даже среди выброшенных на свалку пустых консервных банок. А что делать, если переселился в новый район?

НАЗАД

Главная :: Архив статей :: Гостевая :: Ссылки